Главная » Читальный зал » От издательства

«Весь путь моей жизни моя натура живёт надеждою на лучшее будущее»
«Весь путь моей жизни моя натура живёт надеждою на лучшее будущее»
Описание жизни Каптерева А. М. по его дневниковым записям

Четыре года назад я достала из семейного архива фото прадеда Александра Михайловича Каптерева. К великому сожалению, разговоров о нём в семье никогда не было, поэтому собственноручная надпись Александра Михайловича на обратной стороне карточки была единственной информацией о нашем предке. Да ещё сохранилась тонкая тетрадь с латинским алфавитом и прописями, которая была написана вручную, для изучения языка его детьми, и подшивка журнала «Огонёк» за 1883 г., с его редкими пометками на полях.
 


Как правило, чем меньше мы знаем, тем больше хочется узнать. Поиск ответов на свои вопросы начался в интернете. Я была потрясена тем, что прадед попал под колёса большого террора 1937-го года, был репрессирован и расстрелян в Омске. Это было первое, волнующее меня, событие из его жизни.
Понемногу стала появляться дополнительная информация, наступил период поиска возможных родственников. Записная книжка отца и интернет свели меня с моими двоюродными тётями и троюродными братьями из Екатеринбурга, Тюмени, Н. Новгорода, дальними родственниками из Рыбинска.
У Владимира Иванова из Тюмени, сохранилась часть дневника нашего прадеда, конца 20-х – начала 30-х годов прошлого века. Он его вёл бо́льшую часть жизни. Пока мне удалось прочитать около трети/четверти записей. Из того, что я нашла в сети, и из дневника, сложился образ Александра Каптерева – человека с тонкой душевной организацией, пронизанного человеческой и духовной силой любви, искренне и непоколебимо преданного вере, честного в своем служении.
 

 
«Учение Христа есть для меня нужнее пищи»

Александр Михайлович Каптерев родился в сентябре 1870 года, в комнате, прилегающей к часовне странноприимного дома Екатеринбургского Ново-Тихвинского женского монастыря.
 


Его мамаша, Людмилла (именно так, с двумя «л», писал её имя сын) Александровна (в девичестве Неуймина), когда-то воспитывалась здесь же, в монастыре, в стенах женского Епархиального училища.
Отец Александра, Михаил Николаевич, был священником, окончил Пермскую духовную семинарию в 1868 г.[1] Также и дядюшки были церковнослужителями. Стефан Николаевич вышел из последнего (богословского) курса Пермской семинарии, был диаконом Басманского села Троицкой церкви. Племянник писал о нём, как о «муже науки богословия». Василий Николаевич – священник, жил в Катайске, Вознесенском, Ильинском и Гарашках. Аркадий Николаевич учился в Екатеринбургском духовном училище, служил псаломщиком в посёлке Юговского завода.
В дневнике упоминается и «дедонька», диакон Николай Иванович Каптерев, как трудолюбивый, преданный сын св. Церкви в Катайске.
С обострённой любовью и переживаниями наш прадед относился к братьям и сестре Лидии. Все братья получили духовное образование, но их судьба сложилась по-разному. Горько плакал старший из них по рано умершему брату, диакону Константину. Леонид, Николай и Вениамин отошли от Церкви. Леонид, получив светское образование, стал достаточно известным, в своё время, исследователем истории и краеведения, геологии и археологии. Вениамин работал преподавателем истории в одной из школ Перми.
Благодатное детство и отрочество Александра прошло в милом его сердцу Ураиме[2], где он жадно впитывал в себя красоту уральской природы. Родители одаривали сына пением и мелодиями, а его душа питалась ими, росла и вдохновлялась. Маленькому Александру очень нравилось бывать у дедушки в Катайске, встречаться там с дядюшками и тётушками. Все любили первенца Михаила и Людмиллы, и неустанно пестовали мальчика. Эти светлые воспоминания детства будут его греть и успокаивать болящую душу в зрелости.
Александр учился в школах Ураима и Катайска. Позже отец отдал его в причетнический класс при архиерейском доме Екатеринбурга. В возрасте 21 года Александр был назначен псаломщиком в Крестовоздвиженскую церковь села Песчанское.
Родители взяли икону, и со слезами благословили сына на путь в самостоятельную жизнь. С болью в сердце уезжал Александр из родного гнезда – неизвестно, что ждало его в чужой стороне. Но переживания были напрасны. Самые спокойные и счастливые времена он провёл именно в Шадринском уезде.
Там его ждала встреча с любимой Аннушкой, ставшей ему женой, устройство семейной жизни, радостное рождение 11-ти детей, правда, омрачённое смертью двух младенцев. Его мирная служба протекала не только в «Песчанке», но и в Заозёрной, Чудняковой, Чердаках, других, ближайших от благочиния, деревнях.
С особым трепетом автор дневника вспоминал своих сослуживцев: о. Алексея Топоркова, о. Иоанна Чиркова, дьякона Всеволода Колчина, псаломщика Петра Боркова, и многих других. Благодаря своей цепкой памяти, он помнил всех священников, которые в силу служебных обязанностей посещали Песчанское, да и вообще всех, с кем он когда-либо встречался. Нередко составлял лаконичные личностные характеристики тех, о ком писал.
 


В 1900 г. было чудесное посвящение во диакона, которое невероятно воодушевило Александра. Он продолжил службу в с. Скатинское Камышловского уезда. Самые яркие воспоминания были связаны с его участием в праздничных богослужениях. Особенно в поле, в открытой часовне, при большом стечении народа из 4-х приходов, где он самозабвенно пел Богу, приобретая внутреннее богатство, созерцая общее прекрасное настроение.
Жизнь священнослужителя была тихой, упорядоченной, скромной в быту. Своё служение он нёс старательно, с великим удовольствием трудился по проверке прихожан, делал обходы, готовил исповедальные ведомости.
 


Александр проникся заботой и любовью к пастве, знал всех поимённо, и кто кому кем приходится. Помнил всех, и в именины перечислял и молился за каждого, живого и умершего, до последних дней своей жизни.
В своих грёзах и воспоминаниях Александр Михайлович представлял близкие сердцу места и события, наслаждался далёкими родными лицами. Этими воспоминаниями, и своими молитвами, иерей Каптерев поддерживал себя в переломный исторический период, когда жизнь для священников стала невыносимой. Тяжкий крест скорби и мученичества лёг и на плечи отца семейства. Горькая судьба сняла их с места, и гнала всё дальше и дальше от родных мест.
 
«Мир, не имеющий мира, глух, слеп, бесчувственен ко всему лучшему!»

Дневник стал для отца семейства его личным храмом, которому исповедовался, передавал молитвы за всех своих родных, семейных, за церковные приходы, за погибающую на его глазах Православную Русь.
Почти всех детей родители отдавали учиться в духовные училища. Дочь Надежда училась в женском епархиальном училище Екатеринбурга. Учителем словесности у неё был П. П. Бажов. У нас долго хранилась его маленькая фотография 1911-го года с подписью: «Любимой ученице Надежде Каптеревой. П. Бажов».
 


Младшие Каптеревы постепенно приспосабливались к новому строю, они выросли грамотными и трудолюбивыми. Настала пора их помощи родителям, а она давалась очень нелегко. «Поповских детей» тогда не особо жаловали.
 

Семья Каптеревых, 1925 г. В верхнем ряду, вторая слева - Ольга, бабушка Л. Ю. Петрович, третий - Константин, дед В. В. Иванова.

Из-за гонений семье приходилось менять место жительства. Дети редко бывали дома. Старшая дочь работала в школе, учила детей, младшая – взрослых в школах грамотности (лигпунктах), сыновья уезжали на работу в другие места. Несмотря на искренние усилия, заработанные деньги не покрывали налогов и поборов. Их немногое имущество описывалось и распродавалась, скудные урожаи отбирались. В мае 1932 г. увели со двора корову Малку, следом пошёл 25-летний верный слуга конь Гнедок. Бывали обыски ГПУ и изъятие приглянувшегося добра.
 
 «Тьма, называющая себя светом, ложь, называющая себя правдой, насилие, вместо свободы, лишения, вместо полноты, господствуют надо всем светлым, истинным, и свободным!..»

Испытывая на себе тяжесть преследования, сельский священник продолжал следовать вере. Сделав свой выбор, в 1920 году он принял свой сан, сознавая, что в лихолетье это не принесёт ему никаких благ, кроме духовных. И, конечно, ему трудно было найти себе место.
Александр Михайлович страдал от бессилия, плохо понимая, как жить и служить в тяжёлых для Церкви условиях. Он томительно проводил время, с часу на час ожидая беды. Но дух сопротивления всё же был свойственен ему. Были редкие молебны, церковные обряды. Иногда в сёлах, где ещё, вопреки новым правилам жизни, были действующие храмы, тайно проходили православные праздничные богослужения. Только радость от них была уже не та. Страх за семью сдерживал эмоции, сковывал душу. Бывало, что в благостные для иерея праздничные дни происходили ужасные для него события.
 
«Господство, топчущее нашу Святую Православную веру и Русь, застилает свет очей моих...»

Александр Михайлович потерял свободу, не мог полноценно реализовать себя на поприще богослужения. Трудился, как мог, по хозяйству, помогал в воспитании внуков, много читал и писал. Непривычный к такой жизни, он испытывал недостаток в радости живого общения, всё вокруг было чуждо ему. Редкие нечаянные встречи, разговоры и обсуждения с людьми, которые были ему близки по духу и вере, вдохновляли Александра Михайловича, поднимали настроение, вселяли надежду на возрождение Русского Православия. Свои мысли, чувства, молитвы, в которые вкладывал всю душу, наш прадед монологом записывал в дневник. Каждая страница отсчитывала прожитые дни, которые приближали к роковому в его судьбе году.
Известная из Книги Памяти Омской области дата смерти Александра Михайловича Каптерева (10.12.1937 г.) вызывает сомнение и требует проверки. Возможно, это ошибка оператора при оформлении карточки, поскольку в Тюменском архиве хранится дело об аресте А. М. Каптерева и И. А. Станевича, обвиняемых в контрреволюционной пропаганде, датированное годом ранее – 23.11.1936 г. Однако и в Книге Памяти указано, что Станевич расстрелян в один день с Каптеревым, в 1937 г. Но в любом случае, Церковь поминает Александра Каптерева в лике святых новомучеников 10 декабря.
В обвинении было указано, что «бывший служитель культа группировал вокруг себя недовольных советской властью, распространял контрреволюционную литературу, проповедовал о необходимости борьбы с советской властью». При аресте требовали сдать все документы и литературу, приставив пистолет к голове старшей дочери.
Причиной ареста стал донос о том, что обвиняемый «устраивает вместе со Станевичем сборища, где они ведут контрреволюционные разговоры, читают стихи, автором которых является Каптерев».

Стихи!.. Наверно, это одно из них:

Живу я твердою надеждой,
Что бремя тяжкого креста
Сменится светлою одеждой
В блаженстве вечного Христа.

В той жизни будущего века
Блаженство, счастье без конца –
В том назначенье человека,
В том воля Мудрого Творца!

Будучи уже в преклонном возрасте, Александр Михайлович подвёл итог:
«Весь путь моей жизни моя, слишком индивидуальная, натура живёт Создателем мира, святою Церковью, старинной Руси святой, своими: супругой, детьми, родителями, всеми родными; всем моим заветным: думами, переживаниями, впечатлениями прекрасного былого и надеждою на лучшее будущее».
 


Наш прадед был обычным сельским священником, скромным тружеником православной церкви, который добровольно взял на себя этот крест и нёс его, сохраняя внутреннюю радость и смирение. Только смиренный человек мог показать в час испытания настоящее мужество, которое не могли сломить ни тюрьма, ни сама смерть.
В нём была красота души, мыслей и поступков православного человека. В повседневной жизни он спасал своим словом души людей, старался жить свято, боролся со своими страстями, признавал свои недостатки, и был искренен даже в своей смерти. Смог сохранить в себе все плоды жизни духовного человека: любовь, радость, мир, долготерпение, благость, милосердие, веру, кротость, воздержание.
Он показал нам пример духовного и гражданского мужества, сохранив тем самым Православную веру в России.

P.S. от Л. Петрович: Всё, что я рассказала о жизненном пути прадеда, написано его словами. Я благодарна счастливому стечению обстоятельств, которое позволило мне читать его записи – крохотную часть нашей общей истории. Спасибо всем моим родным за Память, которую они бережно хранят. Спасибо С. В. Чумакову за предоставленные документы и сотрудничество.

Петрович Лариса Юрьевна (Минск)
Иванов Владимир Владимирович (Тюмень)
________________

Хронология жизни Каптерева А. М.:

5.09.1870 г – родился в г. Екатеринбург.
до 1891 г. – учился в причетническом классе архиерейского дома г. Екатеринбурга.
с 1891 г. – служил псаломщиком Крестовоздвиженской церкви с. Песчанское, Шадринского уезда.
до 1895г. – венчался с Анной Константиновной Замятиной/Подрезовой
с 1899 г. – служил псаломщиком Никольского собора г. Шадринска.
1900 г. – посвящён во диакона.
с 1909г. – служил диаконом Николаевской церкви с. Скатинское.
1920 г. – рукоположен в иерейский сан, г.Омск
1929 г. – жил в д. Большая Ченчерь, Тюменского округа, Уральской обл.
1931г. – жил в д. Турлаки, Голышмановского с/с, Ишимского округа.
1936 г. – арестован в с. Катышка (Голышманово).
1936 г. – тюрьма в Тюмени.
10.12.1936(7?) г. – расстрелян в г. Омске.

Дети А. М. Каптерева:

Надежда (1896-1972)
Александр (1898-?)
Михаил (1900-1900)
Николай (1901-1919)
Алексей (1903-?)
Константин (1905-1991) – дед В. В. Иванова
Владимир (1907-1969)
Игорь (1909-1909)
Ольга (1910-1984) – бабушка Л. Ю. Петрович
Олег (1912-1943) погиб в ВОВ
Иван (? _?)
 
 

[1] Справочная книга всех окончивших курс Пермской духовной семинарии в память исполнившагося в 1900 году (1800-1900) 100-летия Пермской Духовной Семинарии. Издание Священника Иакова Шестакова.  Пермь. 1900., 2 часть. 1868 г. XXV выпуск. Первый класс. Разряд второй

[2] Посёлок при Нязепетровском заводе, центр Нязе-Петровской волости Красноуфимского уезда Пермской губернии (ныне г. Нязепетровск Челябинской области).

 

Категория: От издательства | Добавил: Uralizdat (20.11.2019) | Автор: Петрович Л. Ю., Иванов В. В.
Просмотров: 97 | Теги: Александр Каптерев, краеведение | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]