Главная » Читальный зал » Александр Пискунов

Он любит Спинозу, природу и жизнь
ОН ЛЮБИТ СПИНОЗУ, ПРИРОДУ И ЖИЗНЬ


Вы встречали человека, который в наше жестокое время увлекался бы кактусами и на сон грядущий переводил 2-3 статьи о своих любимых колючках? И это не время от времени, а каждый божий день... Так А.Н. Пискунов, 65 лет от роду, полностью восстановил знание чужого языка, с которым он по воле судьбы столкнулся после войны на территории Германии. Тогда знание немецкого языка было настоятельной необходимостью, а сегодня — это стало серьезным увлечением. И не только немецкий язык и кактусы ... но об этом ниже.

Когда это началось

Наши читатели хорошо знают этого автора метких зарисовок о природе. И не только в "Ключе Земли" он публикует свои заметки, а его фамилия часто появляется на страницах других газет и журналов. За его творчеством следят не только читатели нашей области, но такой ведущий журналист, тонкий знаток природы, как Василий Михайлович Песков. Интересно, что знакомство Пискунова со столичным журналистом состоялось по инициативе москвича. - "Василий Михайлович сам меня "откопал", - смеется Александр Николаевич, - давно это было, а дружба продолжается и сейчас".
... Маленький Пискунов формировался и рос рядом с матерью большим знатоком природы. Жили они в Невьянске, кругом богатые дичью, ягодами, грибами места. Мать, как только сын встал на ноги, стала брать с собой в лес. Мальчик жадно вбирал в себя все, что только видел вокруг. И научился самому главному наблюдению. Чем больше он узнавал природу, тем больше тянулся к ней. Да только грянула война. В 14 лет он уже рабочий цементного завода. Шум, грохот, цементная серая пыль. В короткий обеденный перерыв подросток выходил из цеха и с тоской смотрел на небо, на виднеющийся лес, а как только кончалась смена - он уже в родной стихии: на рыбалке, в лесу или занят подготовкой к охоте. Как только исполнилось Александру 17 лет, он надел солдатскую форму. К этому времени на театре военных действий произошел перелом и, очевидно, поэтому и новобранцев не спешили бросать на Запад. Их учили военному искусству. Курсанты рвались в бой, писали заявления, но получали отказ. В мае 1945 года солдат погрузили...
- Ну я насмотрелся на природу, вспоминает Пискунов. - Целыми днями смотрел в окно. Проехали Урал, степи, снова попали в тайгу. Вокруг озера Байкал ехали целые сутки, проехали 56 туннелей, я сам считал. Был потрясен красотой Байкала, потом снова степи, теперь монгольские, скелеты лошадей, коров.
Пришлось уральскому пареньку на себе испытать нрав степей. Еще в первые часы погрузки в вагоны солдаты знали, что они едут не домой. В дороге узнали - СССР объявил войну Японии. В Монголии они, шагая по раскаленному песку, знали: вот в такой местности, может быть, предстоит им сложить головы. К концу марш-броска пехота из-за отсутствия воды выбилась из сил. Все колодцы оказались отравленными. и хоть умри - ни капли воды. Были такие, которые погибли от обезвоживания. Когда после утомительного перехода наконец-то добрались до горной речки, это было великим счастьем. Не верилось, что сквозь пальцы журчит вода и ее много, она чистая, как слеза, холодная, вкусная, наполняет твой пустой желудок блаженством, оживляя каждую клетку нагруженного тела. Теперь можно снять с себя колом стоящую гимнастерку, скинуть сапоги и спустить горящие ступни в бурлящий поток. Господи, как была вкусна та вода! Она до сих пор во рту, ее вкус не забываем!
Так случилось, что уральский командир взвода в жестоких боях, который его полк вел в предгорье Большого Хингана, уцелел. Один остался жив, отделавшись тяжелой контузией. Счастье, что не закопали его вместе с погибшими, вовремя пришло сознание.
А потом жизнь пошла колесом. Полк расформировали, Пискунов попал в резерв главного командования Советской Армии, расположенный в Пхеньяне, здесь видел рисовые поля, яблоневые сады, знакомился с фауной и флорой южной страны. Впечатления переполняли душу. Вскоре его перебросили во Владивосток. Когда друзья прохлаждались в каютах, Пискунов не покидал палубу корабля. Он наблюдал за Японским морем в период заката, ночью, ранним утром.
А потом его перебросят в Германию, здесь он будет учиться, в свободное время осваивать немецкий язык, который он довольно быстро одолеет. К концу учебы уже хорошо объяснялся с местным населением на местном языке.
После Германии Пискунов стал кадровым офицером, решив связать свою жизнь с армией. Он был дисциплинированным, уравновешенным, толковым. Пришлось ему в качестве офицера поколесить по Советскому Союзу: служил в Москве, в Евпатории, в Сибири, Туркменистане, Кузбассе. И где бы он ни был, постоянно изучал природу.
- В Туркменистане, например, чуть из-за своего любопытства не погиб, решил покорить Копетдаг, да не соразмерил свои силы, - говорит Александр Николаевич. - Молодость, желание пощупать своими руками, увидеть своими глазами порой меня толкали на необдуманные поступки. Поэтому я себя называю авантюристом. Пошел-то пошел, а там степи. А воды не взял, 18 километров протопал без воды, выдохся, думал - концы отдам. На мое счастье попалась экспедиция, геологи спасли, поделились питьевой водой".
Жизнь после войны вошла в свою колею, да вот нагрянули реформы. Хрущевская "оттепель" докатилась до армии, и часть ее попала под реформу и действительно оттаяла. Кадровых офицеров, пропахших порохом войны, уволили, оставив без работы.

В родных лесах

После отставки семья Пискуновых жила в Верхнем Тагиле. Здесь молодой офицер, по рекомендации партии, приступил к обязанностям участкового милиционера. Должность рядовая, беспокойная, малооплачиваемая. Но Пискунов любил людей, умел с ними ладить. Находил время и для охоты, и для изучения родного края: лесов, болот, полей, рек. Примечал и браконьеров. Отслужил в милиции 20 лет, из них многие годы - начальником городской милиции.
...истинном любителе родного края. Ему угрожали, уговаривали. просили, но начальник милиции был смел, честен и неподкупен. Вот тогда на таком ответственном посту он первый раз взялся за перо, написал статью в городскую газету, с тех пор и пошло. Ни одно нарушение природоохранного законодательства не спускал на тормоза начальник милиции. Все нарушители получали по заслугам. Сам он все выходные (правда, их было немного) проводил в лесу. Здесь он забывал все: лес, поглощал все мысли, здесь он сливался с природой, становился частичкой ее. Всегда уравновешенный, он приходил в восторг при встрече с незнакомой пташкой, животным. Он впитывал каждый нюанс, полутон многообразного мира матушки-природы. Он замечал в ней каждую букашку, растение, он не столько брал из леса, а сколько в нем примечал, наблюдал и записывал увиденное. А скольким животным помог за эти годы! Принесет раненых, больных, выходит, вылечит и - гуляйте на свободе.
В городе Верхнем Тагиле есть музей природы. С заведующим его Николаем Ивановичем Рябовым Пискунов был хорошо знаком. Они часами беседовали, мечтали о пополнении экспонатов музея. Рябов находил в начальнике милиции своего единомышленника и порой просил помочь пополнить коллекцию музея. Александр Николаевич много раз сам делал то или иное чучело и дарил музею.
В 1983 году он ушел в отставку. Решил: "Теперь-то отдохну, как-никак пенсия есть, проживу".
Но не тут-то было. Пришли из Висимского заповедника, с порога стали сватать на работу.
Да нет у меня никаких знаний заповедного дела. Одно дело увлечение, другое - работа, - был его довод.
- Пошлем на учебу. Подумай сам, Александр Николаевич, кого еще брать, если не тебя. Приходи, не пожалеешь.

В Висимском заповеднике

Сейчас, когда заповедному делу отдано 10 лет, конечно, А.Н. Пискунов не жалеет, что дал тогда согласие. Он успешно освоил заповедное дело, изучил весь Висимский заповедник, познакомился со многими интересными ведущими учеными Урала и страны, пешком прошел не одну сотню километров по территории заповедника. Был лично знаком с писателем Б. Рябининым. При встречах с ним разговор всегда вился вокруг уральской природы, ее чудесных уголках. А сколько интересного, удивительного увидел Пискунов в заповеднике. Не пересказать, не переписать. Интересные случаи записывал, публиковал в газетах, журнале "Уральский следопыт", он и сейчас добрый помощник "Уральского экологического вестника". Он пишет не ради денег - наша газета сегодня вообще не имеет гонорарного фонда из-за нехватки финансов, но тем не менее почти в каждом номере вестника заметка А. Пискунова. Сегодня он принимает участие в конкурсе, объявленном по инициативе В. Пескова "Комсомольской правдой" по заповедному делу. Он - член Орнитологического областного общества. Приезжает на заседания, которые проходят непременно после рабочего дня, вечерами. В электричке он читает очередной том Фабра. Инспектор заповедникам только охраняет территорию от человека, но ведет повседневные наблюдения за животным миром, фауной и флорой, ибо в этом уголке природы постоянно ведутся научные изыскания. Висимский заповедник, как известно, недавно отметил свой 25-летний юбилей. В числе почетных гостей был и А.Н. Пискунов. Шел разговор об успехах и о будущем.

А что сегодня?

Сегодня Александр Николаевич заведует музеем природы в г Верхний Тагил. Когда не стало Рябова, неизменного директора, на эту должность пригласили Пискунова.
Общественность видела на этом месте только его. Да и сам он не скрывает, как дорог ему этот дом, в который сам вложил немало трудов. В музее проходят уроки биологии, экологии, в его стенах прививается любовь маленьким верхнетагильчанам к родному краю.
Повезло учителям города, что рядом живет такой истинный патриот, большой знаток и защитник родного края, влюбленный в милые леса, поля, луга.
Не радует сегодня, как и всех истинных любителей и знатоков природы, А.Н. Пискунова государственное дело отношению к природе. Он отмечает, что все же на первом месте в политике государства остается экономика, а природоохранная деятельность - на задворках.
Между тем происходит изменение биотопи, исчезает животный мир или замещается один вид каким-то другим. Охотясь на речке Вогулке, он заметил, что лет 15 назад, в камышах в день открытия охоты брали иногда по 10-12 уток. Ныне он простоял целый вечер, а не пролетела ни одна птица. Не стало и пролетающих птиц, значит мало её стало и в Сибири, и в Тюмени. Это маленький штрих. По мнению Пискунова, искусственное внедрение в наши биотопи тех или иных животных приносит вред.
Привезли американскую норку - она вытеснила европейскую норку. Енотовидная собака уничтожает тетеревов и глухарей. Ничтожно мало ондатры. Не стало серой куропатки. В лесах редко встретишь косулю. С косулей случилось вот что. Человек раньше заготавливал сено и надолго оставлял стога на лугах. Сено вывозилось на санях зимой. Косуля в студеную нору могла кормиться сеном: где-то из стога, а где-то соберет клоки с дороги. Сегодня из-за воровства люди летом же увозят сено домой. Зато много развелось лосей. Лоси, если их много, уничтожают молодые лесопосадки, поедая верхушки сосен.
Орнитология - еще одно давнее увлечение нашего героя.
- Что происходит с ласточкой? Ее не стало, ее пишу в природе замещает черный стриж. Причина в асфальте, отсутствии лошадей, телег. Городской ласточке для строительства гнезд нужна грязь, образующаяся я колее дорог, замешанная колесами телег. Теперь таких дорог нет. Или ворона - она лесная птица. Сейчас они благоденствуют с человеком в городской среде. Шум, лай собак, а она сидит-посиживает в гнезде на яйцах, и никакой реакции. Питается на свалках, помойках. И размножается очень быстро.
Погибает можжевельник, его мало даже в заповеднике "Денежкин Камень", не плодоносит брусника, луга покрываются папоротником "орляк". Какова причина этих явлений? Наука молчит, ответа нет. Вот что тревожит А.Н. Пискунова.
Еще одна слабость Александра Николаевича - это философия. Отсюда, очевидно, его умение из наблюдений делать выводы. "Собирайте факты - из них рождается мысль", процитировал он Спинозу в конце нашей беседы. А наблюдать, собирать он умеет.

Е. Вахрушева, газета "Ключ Земли" № 11-12, 1996

Категория: Александр Пискунов | Добавил: Uralizdat (07.07.2016) | Автор: Е. Вахрушева
Просмотров: 114 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]