Юрий Согрин

Лесная ярмарка

Сказки

В самом конце лета в одном месте собираются звери и птицы со всего леса. И обмениваются друг с другом различными продуктами. Медведи мёд да ягоды предлагают, белки грибы разные и орехи лесные, птички яички обменивают. А однажды на эту лесную ярмарку попала Катюшка со своей мамой...

Об этой и других удивительных историях про жителей лесов и водоёмов новые сказки Юрия Согрина.

Ознакомительный файл.

Лесная ярмарка

По лесной тропинке шли двое – мама и дочка. Маму звали Вера Петровна, она работала учительницей в местной школе, а дочку все пока звали Катюшкой. Путь они держали далеко, к своему покосу, который находился в семи километрах от посёлка, поэтому времени дорога занимала много. Шли они на покос сегодня первый раз в этом году. Вот-вот наступит пора сенокоса, и нужно было проверить, в каком состоянии находится их покос, подросла ли трава, сохранились ли оставленные с прошлого года инструменты. Дорога дальняя, а чем в таком случае лучше всего её скоротать? Конечно, разговором, хорошей беседой. Вот мама с дочкой шли и беспрестанно разговаривали.

– А ты знаешь, дочка, что лес-то у нас волшебный?

– Нет. А как это?

– Да очень просто. Каждая травка, каждое дерево, так же как и птицы со зверюшками, имеют своё имя и для чего-то предназначены. А для чего именно, как раз их имена чаще всего и говорят.

– Мам, а ты ничего не придумываешь?

– Почему же придумываю? Вот смотри, ягодка растёт. Ты знаешь, как её называют?

– Кто ж не знает? Это земляника. На земле растёт, вот её так и назвали. Правильно?

– Правильно, да не совсем. Точнее будет сказать – у земли низко растёт. И ещё в связи с этим: пока её собираешь, низко земле-матушке кланяешься.

– Интересно… А про другие ягоды ты тоже знаешь? Расскажи.

– Так ты и сама должна хорошо знать, как ягоды выглядят и почему их так называют.

Катюшка отбежала в сторону и возле пенёчка сорвала какую-то веточку с красными ягодками.

– Вот эти как называют? Я их почему-то не знаю.

– Ты съешь ягодку, вот и узнаешь её имя.

Катюшка осторожно взяла ягоду и раскусила.

– Ой, а у неё внутри косточка…

– Правильно. Значит, как ягода называется?

– Костлявая, – немного подумав, выпалила Катюшка.

Вера Петровна громко рассмеялась.

– Ну, почти правильно. Ха-ха… Только не костлявая, а костяника. Кстати, очень многие ягоды называют по какому-то определённому признаку. Черника – значит чёрная, а голубика…

– Голубая, – тут же подсказала Катюшка.

– Правильно! А шиповник?..

Катюшка удивлённо посмотрела на маму:

– Ой, а у него что, ягоды с шипами?

– Не совсем так… С шипами у него веточки, на которых ягодки растут. И ещё косточки внутри немного. Во-он, видишь, кусты стоят? Это и есть шиповник.

Катюшка тут же подбежала к кустам и протянула руку.

– Осторожнее, не уколись! – крикнула ей мама.

Но было уже поздно. Уколовшись, Катюшка отдёрнула руку и подбежала обратно.

– У-у, какой он злой.

– Но зато очень полезный. А шипы – так это он так защищается, чтоб не трогали его зря. Звери-то в лесу об этом знают, поэтому стараются обходить стороной.

– А ягоды у него хоть вкусные?

– Когда созреют, то очень вкусные, прямо как ягодное пюре. Но это уже ближе к осени будет. Пока они твёрдые.

Слушая маму, Катюшка всё время потирала уколотую руку.

– Что, больно? – поинтересовалась мама.

– Ага… А ещё точки какие-то чёрные появились.

– Так это шипиги, колючки от шиповника. Ничего, на покосе я их тебе все повыдергаю. Потерпи немного…

Они пошли дальше. Только Катюшка не стала больше бездумно трогать и срывать разные травки и ягодки.

– Мам, ты вот у меня всё знаешь… – Катюшка хитро посмотрела на маму. – А почему ты всё знаешь?

Вера Петровна улыбнулась.

– Наверно, потому, что училась много. Школу окончила, потом институт. Сама учителем стала. Читаю много… Однако больше-то я про растительность всякую знаю да про живность. Этому я в институте и училась: как отличить одно дерево от другого, медведя от зайца. Они ведь хоть и живут в одном месте, в лесу, а на деле все разные. У всех свои повадки, свои особенности. И всё это им нужно для того, чтобы выжить. Вот подрастёшь немного, и я буду всему этому тебя, как и всех других ребят, учить.

– Ну-у, это когда ещё будет… Ты мне сейчас расскажи. Интересно же. Вот, например, ёлка стоит. Расскажи про неё, для чего она нужна – Катюшка немного задумалась. – Хотя я и сама знаю! На ней ведь шишки растут, а шишки птички и белки едят. Вот для этого она и нужна. А ещё, чтобы в Новый год её наряжать можно было. Я правильно говорю?

– Абсолютно, – улыбнулась Вера Петровна. – Я ещё добавлю, что название своё она получила от старого слова, обозначающего что-то острое. У ёлки ведь иголки-то острые, правда?

– Точно, острые. Я в прошлый Новый год, когда её украшала, то все руки себе исколола. Ну хорошо. А вот это, что за дерево? Почему у него листья так дрожат и вертятся?

– Это осина. Так ты сама уже почти ответила. По-научному осину называют «дрожащий тополь», а листочки так трясутся из-за особенностей строения черешка, на котором они держатся.

Катюшка слушала маму и что-то думала, шевеля при этом губами.

– Кать, ты чего так задумалась?

– Да я вот думаю, название-то почему такое? Синее как будто.

– И снова ты угадала. В стародавние времена один из мужичков, когда спилил дерево, глянул на свежий спил и тут же воскликнул: «О! Синяя!!!» Так вот и прилипло к дереву это название – о-сина, осина. Катюш, а как ты думаешь, для чего осина в лесу нужна?

-Хм… Не знаю.

– Как это не знаешь? Прекрасно знаешь. Ты про ель что говорила?

– Что она своими шишками птичек и белочек кормит.

– Правильно. Но у осины ведь шишечек нет. Чем же она может зверям помочь?

– Всё равно не знаю, – нахмурилась Катюшка. – Чем же, мама?

– Дело в том, что у осины очень сочная кора и мягкие ветки. Если присмотреться, то у многих деревьев кора и ветки обгрызены. Внизу их мелкое зверьё любит погрызть, зайцы например. А вверху лоси ветки пообкусывали. Бывает, что сильным ветром осину уронит, так она через пару недель уже голая, без коры и листьев будет лежать, всю пообгрызут. Вот так вот. А ты говоришь – не знаю. Наблюдательнее надо быть.

– Интересно ты рассказываешь… А про зверей тоже знаешь что-нибудь?

– Немного знаю.

– Ой! Расскажи, пожалуйста, мамуль…

– А про кого рассказать?

– Ну… вот… ведмедь.

– Ха-ха… рассмеялась Вера Петровна. – Наверно, не ведмедь, а медведь. Хорошо, давай про медведей поговорим. Во-первых, каких ты медведей знаешь?

– Как каких? Ну этих… белого и коричневого.

Вера Петровна улыбнулась.

– Тогда уж не коричневого, а бурого, наверно. В основном ты права. Но в мире существует гораздо больше видов медведей. Есть и белые, как ты сказала, есть и чёрные, есть бурые и гималайские, даже китайские есть, которых правильно называть нужно пандой, или бамбуковым медведем, потому что питаются они бамбуком. Вообще в мире существует восемь видов медведей и ещё несколько их подвидов

– Мам, а почему их медведями называют?

– А ты сама-то как думаешь?

– Ну-у… – Катюшка снова замолчала, шевеля беззвучно губами.

– Давай подскажу, – не выдержала Вера Петровна. – Ты мультфильм про Винни Пуха смотрела?

– Ой, много раз…

– А что там медвежонок кушать любил?

– Мёд…

– Вот… Дальше сама…

– Мёд… ведь… Точно, мёд… ведь, – радостно заплясала Катюшка вокруг мамы, – мёд… ведь, мёд… ведь.

– Стоп, стоп, – остановила Вера Петровна дочь. – Ты почти правильно ответила, но опять не совсем. Вообще в старину этого зверя на Руси называли медоед. Потом уж стали говорить, как удобнее – медведь. А другие виды медведей имеют свои названия. Белого медведя, например, зовут умка, есть гризли, гималайские, ну и другие. А медведь – это стало их общим названием. Ты всё поняла, Катюша?

– Поняла. А почему про всех этих медведей много сказок и рассказов пишут, кино снимают, в цирке они выступают?

– Наверно потому, что медведи очень умные и сообразительные.

– Ну да, наверно…– задумчиво протянула Катюшка. – По телевизору вон показывают, что медведи на велосипедах ездят, а я вот никак научиться не могу…

Катюшка глубоко вздохнула.

Путники шагали всё дальше и дальше, незаметно приближаясь к покосу. За разговорами-то, и правда, дорога казалась короче.

– Ну, хорошо. А вот зайцы – что за звери? Они такие мягкие и пушистенькие…

– Насколько помню, в переводе с арабского языка название этого животного означает: прыгун, путающий следы, – начала рассказ о зайцах Вера Петровна. – А насчёт мягкости и пушистости ты не совсем права. Зайцы очень сильные и коварные звери. Ударом лап они человека даже покалечить могут. Поэтому с ними нужно быть крайне осторожными. Хотя, в лесу-то их ещё и поймать надо суметь. А то, что в сказках зайцы всегда трусливые, так это, наверно, неправильно. Осторожные они, а не трусливые.

– Ой, мам, как интересно!..

– Давай учись – и сама будешь столько же интересного про всех зверей и птиц знать, про их повадки и вообще… – Вера Петровна неопределённо покрутила рукой в воздухе.

Дошли до места, где широкая тропа делилась на две узких. Вера Петровна привычно повернула на левую тропинку.

– Мам, а почему мы повернули на эту тропинку? а куда та тропинка идёт? – затараторила Катюшка.

– На эту повернули, потому что она к нашему покосу ведёт. А та тропинка выходит к речке. Там берега пологие, красивые и тоже с покосами. Но тропку протоптали рыбаки. Любят они на реке порыбачить. Здесь ведь вдали от посёлка рыбы гораздо больше, да и крупнее она.

Чем дольше шли мама с дочкой по новой тропинке, тем чаще Вера Петровна озиралась по сторонам.

– Ничего не понимаю… Места какие-то незнакомые. Не могло же за год всё так измениться. Неужели я ошиблась и повернула не на ту тропу?

Внезапно тропка оборвалась, и перед мамой с дочкой открылась большая поляна, по которой ходили и бегали взад и вперёд разные звери, летали птицы. Стоял непривычный для тихого леса гвалт. Сначала казалось, что вся эта суета не имела никакого смысла, но, приглядевшись, можно было обнаружить какой-то определённый порядок.

– Лесная ярмарка! – всплеснула руками Вера Петровна.

…

Дедушка Шуршун

Я очень люблю бродить по окрестным лесам. В любое время года. Красиво там, отдыхаешь душой. И не важно, снег ли под ногами поскрипывает или листья шуршат, распустившиеся цветы благоухают или ягоды с грибами просятся в лукошко. Просто идёшь, дышишь всей грудью, смотришь по сторонам и нарадоваться не можешь.

В этот раз я забрёл в какое-то незнакомое место и натолкнулся на лесную заимку – маленькую избушку, не имеющую постоянного хозяина. Избушка была уже старенькая. Я заглянул внутрь – ничего, сухо. Возле двери была устроена небольшая печка из камней, труба от которой уходила на крышу. Тут же лежало несколько сухих полешков. Осмотревшись и привыкнув к полумраку, я обнаружил посередине небольшой столик и у стен пару широких лавок. Широких, наверно, чтобы на них в случае чего и полежать можно было. Люди ведь в эту избушку заходили по разным причинам: кто-то охотился и искал, где бы ему немного передохнуть, а кто и от непогоды прятался.

Над одной из лавок на стене была сооружена полка. Я пошарил по ней рукой и обнаружил несколько пакетиков. В одном было немного соли, в другом – сахар, а в третий кто-то даже чайной заварки не пожалел положить. Были тут и спички. Я положил всё обратно на полку. Спички у меня и у самого были, так что огонёк в печке я скоро разжёг. Чаи распивать и, тем более, готовить что-нибудь перекусить у меня намерений не было. Вполне хватало прихваченных из дома бутербродов и небольшого термоса с крепким кофе. От огонька в печке сразу стало в избушке уютнее и, как мне показалось, теплее. Что интересно, печка не дымила внутрь избушки, дым уходил куда-то наружу. Видно, опытный человек сооружал печку, знающий повадки дыма.

Я посидел, поразмышлял немного о земной жизни, жуя при этом бутерброд. Потом прилёг на одну из лавок и незаметно задремал. Сколько дремал, я не знаю, только проснулся от шуршания за стеной. Было такое ощущение, что кто-то идёт по листьям, не поднимая ног. Я сел и насторожился. Кто знает, кому ещё захотелось побродить по осеннему лесу.

Дверь избушки осторожно приоткрылась, и внутрь её вошёл странный человек. Точнее сказать, он сначала заглянул в приоткрытую дверь и долго приглядывался, потом хрипло спросил:

– Эй! Кто тут? Чего прячешься? Покажись, я тебя всё равно не боюсь…

И только после этого вошёл внутрь.

Был человек очень маленького роста, просто карлик какой-то. В отблесках пламени хорошо было видно его лицо, напоминающее лицо доброго гнома из старой сказки: такой же нос картошкой, весёлые глаза и большой рот, скрытый аккуратной бородкой и усами. Длинные волосы кудрями падали на плечи. Правда, в отличие от гномов, человек одет был совершенно иначе. На нём был костюм из ткани военного образца, издававший при движении шуршание, а на голове красовался голубой берет, который носят воины-десантники. На спине у человечка висел небольшой рюкзачок, хотя больше он походил на самодельную котомочку.

...

Ёж Ерёма

Мальчик Ваня Уткин очень любил гулять по парку. Причём в любое время года. Лишь бы дождя сильного не было: промокнуть не хотелось.

Осенью ему нравилось обилие листьев, падающих с деревьев. Ими можно было играть, бросать друг в друга с кем-нибудь из друзей. Складывать листья в красивые букеты. Их можно было собрать в большую кучу, а потом прыгать в эту кучу, валяться на ней, словно на мягкой перине или в пышном снежном сугробе.

Зимой в парке было много снега, и с ним можно было проделывать такие же штуки, как и с листьями осенью. А ещё можно было строить снежные городки и крепости, устраивать целые баталии. И, разумеется, зимой все катались на лыжах, санках и коньках. От этой радости не отказывался никто. Кроме этого, каждый год в центре парка на площади устанавливали большую красивую ёлку, и она радостно сияла огоньками чуть ли не до самой весны. Посетители иногда удивлялись: как это ёлка так долго стоит? На это служители парка с улыбкой отвечали: «А вот каток, на котором стоит ёлка, растает, тогда и ёлку уберём. Пусть люди радуются».

Весной в парке по тропинкам и аллеям бежали ручьи. Куда они бежали? Ваня этого точно пока не знал. Скорее всего, к большому пруду, который серебрился под солнцем на окраине парка. Ваня любил эти ручьи. И как их было не любить, если по ним можно было пускать кораблики, сделанные дома собственноручно.

Ещё Ваня любил делать запруды. Перекроешь путь ручейку – и вскоре на этом месте образуется огромная лужа. Правда, снующим взад-вперёд пешеходам это совсем не нравилось: пройти-то было невозможно. Кто-то решался пройти по самой кромке, но тут же срывался и оказывался в воде чуть ли не по колено. Конечно, со стороны наблюдать за пострадавшим вроде и смешно было, но слушать ругательства в свой адрес не очень приятно.

Больше всего в парке Ване нравилось летом. Тепло и даже иногда жарко. Кругом зелень, цветы благоухают. Работают аттракционы – выбирай любой: хоть огромное колесо обозрения, хоть карусели и качели, хоть автомобили или паровозик… Да хоть что! А вокруг людей ходит великое множество, все отдохнуть в парк приходят. Когда повезёт и с Ваней в парк приходит кто-нибудь из взрослых, то вполне можно выпросить прогулку на теплоходике, или, как его почему-то все называли, на катере, который курсировал по пруду. Интересно на нём плавать. Прямо от борта кругом вода, много воды. На значительном удалении от катера по берегам расположены дома, другие строения и деревья, которые кажутся совсем маленькими. К борту Ваню одного родители не подпускали, а ему почему-то казалось, что подойди он к борту, так сразу увидит какую-нибудь огромную рыбину…

В этот раз Ваня пришёл в парк с бабушкой. Лет бабушке было уже много, старенькая совсем, поэтому в парке она сразу же нашла скамеечку в тени большого куста сирени и, устроившись поудобнее, села читать книжечку с кулинарными рецептами. Ваню она предупредила:

– Внучок, от меня далеко не отходи! Играй рядом…

– А в песочницу можно? Вон она у тебя за спиной, рядом с кустом.

Бабушка оглянулась и, не найдя ничего опасного, разрешила:

– Хорошо, в песочницу можно… Веди себя хорошо, я тебе потом мороженку куплю…

Ваня убежал к песочнице и стал играть предусмотрительно принесённой из дома машинкой. Лет Ване было совсем немного – всего шесть недавно исполнилось, поэтому он из детских-то игрушек вроде бы уже и вырос. Но с другой стороны, до чего-то более взрослого его пока не допускали, отвечая при этом:

– Вот пойдёшь в школу, тогда и…

А до школы этой был целый год. Что поделать, приходилось Ване прикидываться малышом и играть в песочнице.

Поиграв в песке с машинкой, Ваня вдруг увидел, как на небольшом отдалении от песочницы неспешно прошёл… ёжик. Ваня читал про ежей в книжках, а читать он научился ещё год назад, но живого ежа пока не видел.

Ваня потихоньку подошёл к ежу и стал его рассматривать. Интересный: с колючками, серо-коричневый какой-то. А на лапках по пять пальчиков с коготочками, прямо как у человека. Что интересно, на животе и острой мордочке иголок нет.

Ёж, почувствовав на себе чей-то взгляд, тут же свернулся в небольшой шар. Прошла минута, вторая, ежу надоело лежать в таком свёрнутом виде, он распрямил спинку и огляделся по сторонам. Потом, он вдруг встал на задние лапки и спросил у Вани:

– Ну, что уставился? Ежей никогда не видел?

– Нет, – чуть слышно ответил ошеломлённый Ваня, – не видел…

– А-а, тогда понятно. Ну, – ёжик протянул свою маленькую лапку Ване, – давай знакомиться. Еремей, для своих просто Ерёма.

– А я – Ваня. Для своих… тоже просто Ваня.

Ёжик потихоньку рассмеялся.

– Вот и познакомились, просто Ваня. Хороший ты видно человек, не хулиган.

– Это почему?

– Да потому, что другие мальчишки, увидев меня, сразу начинают камнями кидаться или палками лупить. А ты не стал.

– Так, а за что тебя лупить? – удивился Ваня. – Ты разве нехороший?

– Вот уж не знаю, за что лупят… А хороший или нет – не мне решать. Вроде стараюсь людям пользу приносить, жуков ловлю, гусениц всяких, даже мышей, если удастся. Правда, и от яичек маленьких птичек тоже не отказываюсь, но это ведь очень редко бывает.

– Ну и за что же тогда тебя лупят?..

– Да не знаю я. Глупые, наверно. Ты вот совсем не такой, я вижу. С плохими мальчишками я на человеческом языке ни за что бы не заговорил. Не стоят они этого. А с тобой легко беседу ведём.

Ваня и Ерёма ненадолго замолчали, словно бы обдумывая, о чём ещё поговорить.

…

Тарасик и карасик

Маленький мальчик, которого все в деревне звали Тарасиком, пошёл на пруд: посидеть на плотике с удочкой, окуньков половить. Лет Тарасику было пока мало, всего восемь недавно исполнилось. Оттого, наверно, и звали его все не Тарасом, а Тарасиком. Но рыбак он был уже заядлый.

Место на пруду у Тарасика было своё, любимое и прикормленное. Это был не тот плотик, к которому прямо с улицы по крутому берегу спускалась тропинка и на котором деревенские бабы стирали половики, а другой, под ветками старого могучего тополя. Место это очень нравилось Тарасику, красиво там было, даже уютно, а от тополя шёл такой приятный аромат. Да и от глаз людских в стороне, что немаловажно при хорошей рыбалке. Никто тебе не мешает глупыми расспросами и советами, сиди и лови потихоньку рыбку. Возможно, поэтому ещё не было такого случая, чтобы с рыбалки Тарасик вернулся без хорошего улова.

Удочку Тарасик смастерил себе сам. И что там мастерить-то? Главное было найти хорошее удилище. В местном магазине они не продавались, а вот всё остальное было прямо в наборе: и леска, и крючок, и поплавок, и даже маленький шарик-грузило. Тарасик несколько дней думал, где бы ему удилище взять. Хотел даже к соседу дяде Володе, известному рыбаку, сходить и попросить какое-нибудь негодное, да стыдно было. Но подвернулся случай: старшая сестра в лес по грибы собралась, и Тарасик упросил маму, чтобы она и его в лес отпустила. Конечно же, грибы мало его волновали, но в лесу можно было найти подходящее деревце для удилища.

Ложась вечером спать, Тарасик долго ворочался и не мог уснуть, всё думал, из какого дерева лучше сделать удилище. Из берёзы? Так их тонких и высоких очень трудно найти. Да и тяжёлые они. Осинки бывают подходящими, но они очень хрупкие. Все эти кустарники, вроде ивы и черёмухи, тоже не подойдут. Они кривые и малорослые. Хвойные?.. Ёлка очень сучковатая. А вот сосна, она бы подошла. Если к тому же найти деревце уже засохшее, которому зверьки корни повредили. Тарасик видел такие деревца, когда был с родителями на покосе. Тогда они ему не нужны были, а сейчас…

– Ладно, утро вечера мудренее, – прошептал он, повернулся к стене и наконец заснул.

Утром он проснулся ни свет ни заря и поспешил будить сестру.

– Вставай давай, засоня. А то все грибы без тебя в лесу соберут.

Сестра немного поворчала для приличия, но всё-таки встала. Мать уже приготовила им лёгкий завтрак и даже с собой в дорогу немного продуктов собрала.

– Мам, ну зачем это всё? – попробовала протестовать сестра. 

Но мать была непреклонна:

– Возьмите и не спорьте. Ещё спасибо потом скажете. На свежем-то воздухе аппетит знаешь как разыграется?

– Ну ладно. Пусть вон Тарасик со всем этим таскается, раз уж за мной увязался.

А Тарасик и не спорил. Ему, главное, надо было в лес попасть. Мать быстро собрала продукты в котомочку и водрузила её сыну на спину.

– Не тяжело, сынок?

– Да что ты, мамочка? Чему тут тяжёлому-то быть?..

По лесу ребята пробродили полдня. Грибов было совсем мало.

– Вот, Анютка, – смеялся Тарасик, – я же говорил, что долго спишь.

Сестра только рукой отмахивалась.

Но и Тарасику в его поисках подходящего деревца никак не везло. Деревья стояли сплошь большие, не засохшие. Когда после небольшого перекуса засобирались домой, Тарасик предложил:

– Анюта, а пойдём через сосновый бор.

– Зачем это? Там и грибов сроду не бывало.

– Ну пойдём! Так ведь короче будет.

Сестра немного подумала.

– Ладно, пойдём через бор, раз уж короче. А то я, и правда, что-то подустала немного.

В сосновом бору было красиво. Огромные сосны вздымались к самому небу и только там, в вышине, слегка покачивали кронами от налетавшего ветра. Натоптанная тропка была не слишком извилистой и бежала между деревьев, словно аллея в парке. Дышалось легко. Не зря ведь говорят, что воздух в сосновом бору лечебный.

Тарасик шагал по тропинке и всё время оглядывался по сторонам.

– Чего ты всё оглядываешься, чего ищешь? – поинтересовалась сестра. – Я ведь тебе сказала, что грибов здесь не бывает.

– Да нужны мне твои грибы… У меня свой интерес.

– Какой ещё интерес?

– Мне деревце нужно найти, тонкое и высокое, чтобы удилище из него сделать.

– А я-то думаю, – рассмеялась сестра, – чего ты за мной увязался. Оказывается, вон что. Ну и что, в целом лесу ничего подходящего не нашёл?

– Пока нет.

– Так ищи лучше, лес вон уже кончается.

Тарасик огорчённо вздохнул. Не было того единственного деревца, которое ему бы подошло. И вдруг… Вот же оно, то самое, нужное ему. И высокое, и тонкое, и почти сухое. Тарасик подбежал к сосёнке, потрепал её – не сломалась: значит, крепкая. Он быстро начал подрезать её ножом у самого корневища. Увидев это, к брату подошла Анюта.

– Ну, что, отыскал своё самое подходящее дерево?

– Ага, – ответил ей Тарасик, смахивая капли пота со лба.

– Так оно же мёртвое, сухое…

– Мне такое и надо. Главное, что не гнилое.

– Тю-у. Их вон сколько вокруг, даже покрепче. А ты это выбрал.

– Ничего, что много. Я сейчас ещё парочку срежу.

– Ну, давай, давай. А я пока по округе пробегусь. Вдруг да грибы найду.

И ведь нашла! К тому времени, когда Тарасик закончил обрабатывать третье удилище, вернулась радостная Анюта с полной корзиной боровиков.

– Представляешь! Я ведь всегда думала, что здесь в бору грибов нет. И люди тоже так говорят. А их вон сколько. И одни боровики.

– Так потому и боровики, что в бору растут, – серьёзно ответил сестре Тарасик. – А люди специально, наверно, говорят, что грибов здесь нет, чтобы поменьше сюда ходили. А сами тайком собирают потом неплохой урожай. Хитростью это называется.

– Ладно, умник, ты долго ещё возиться будешь?

– Нет, я уже закончил…

Так вот и появилась у Тарасика его любимая и очень уловистая удочка. Чего он на неё только не ловил: и маленьких пескарей, и сорожку, и карасей, и окуней, и даже пару небольших щучек умудрился выловить. Всё выдержало удилище. То самое, которое он первым выбрал, когда ходил в лес с сестрой Анютой…

Сегодня пока что-то не клевало. Но Тарасика это не расстраивало. Он точно знал, что настанет минута – и клёв будет. Зря, что ли, он каждый раз по окончании рыбалки выбрасывал в воду оставшихся червячков и хлебные крошки из карманов? Пусть рыбки поедят и потом снова сюда приплывут полакомиться. А он их тогда раз – и поймает.

…

Об авторе

Юрий Михайлович Согрин родился в 1955 году в посёлке Висим, в 50-ти километрах от Нижнего Тагила. 25 лет проработал в пожарной охране.

Член Российского Союза Писателей.

Выпустил 15 книг стихов и прозы. Соавтор нескольких литературных сборников.

Лауреат премии областной организации Союза журналистов и областного Управления ГПС «Огненное перо» за 1994 год.

В 2005 году стал Лауреатом премии Главы города Нижнего Тагила «За активную жизненную позицию» в номинации «Особые достижения в творчестве среди инвалидов».

В 2013 году стал победителем литературного конкурса «Серая шейка» в номинации «Произведения для детей».

В 2015 году занял 2 место во Всероссийском литературном конкурсе «Люди доброй воли».

Финалист 2-го Всероссийского литературного конкурса «Герои великой Победы – 2016».

Выпускает ежеквартальный альманах «Пожарные Коллекции».

Выпустил несколько книг о пожарном коллекционировании.

За выпуск книги «Пожары и пожарные Тагила» награждён медалью Владимира Гиляровского.

За выпуск альманахов «Тагильский коллекционер» и «Пожарные коллекции» награждён медалью «За выдающийся вклад в развитие коллекционного дела в России».

Проживает в Нижнем Тагиле.

Уведомление об авторских правах

Все права защищены. Никакая часть электронного экземпляра этой книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме и какими бы то ни было средствами, включая размещение в сети Интернет и в корпоративных сетях, для частного и публичного использования без письменного разрешения владельца авторских прав.

© Согрин Ю. М., текст, 2018

© Составление, оформление. ИП Чумаков С. В., 2018

© Электронное издание. ИП Чумаков С. В., 2018

Выходные данные

Согрин Ю. М.

Лесная ярмарка. Сказки – Верхний Тагил: Уральское Провинциальное Издательство (ИП Чумаков С. В.), 2018

 Ознакомительный файл.

UUID: 7e94b626-bf37-4c3a-b895-2d74c8c53137

Знак информационной продукции 0+

Художник: Т. Яковлева

Редактор: В. Капленко

Подготовка электронного издания: С. Чумаков

Об издательстве

Уральское Провинциальное Издательство (Урализдат) осуществляет подготовку и издание печатных и электронных (E-book) книг.

Основная тематика изданий - история и краеведение Урала, проза и поэзия уральских писателей.

Подробно с деятельностью и книгами издательства можно познакомится на сайте Урализдат.

Приглашаем на Facebook, Youtube и Calaméo.

Нашу продукцию можно приобрести на сайте издательства, на странице Facebook и в магазине электронных книг.