# Заповедный кордон

Олег Бундур

Цикл рассказов был создан по впечатлениям от поездки автора на Купчининский кордон, что на острове Великом в Белом море.

Автор доступно, образно, внешне безыскусно рассказывает о красоте родного и такого незнакомого большинству из нас природного мира.

Через всю книгу красной нитью проходит и тесно связывается с образом острова-заповедника мотив ответственности человека за окружающий природный космос.

Издание богато иллюстрировано фотографиями природы островов Белого моря.

## ОТ ИЗДАТЕЛЬСТВА


Цикл рассказов «Заповедный кордон» был создан автором по впечатлениям от поездки на Купчининский кордон, что на острове Великом в Белом море.

Понимая, что мало кто из читателей (прежде всего, детей) будет иметь возможность побывать в этих местах, Олег Бундур даёт подробную характеристику острова; рассказывает о Кандалакшском заповеднике; описывает систему островов Кандалакшского залива и пр. Повествуя о заповеднике, в котором собраны около пятидесяти видов различных птиц, автор в лучших традициях природоведческой литературы характеризует пернатых, точно подмечая их частные уникальные черты. Не менее внимателен рассказчик и к животному миру; в текстах цикла возникают образы медведя, ласки, морского зайца, рыси, росомахи, мышей…

Все они, обладая самоценностью, оставляют у читателя представление о северном острове Великом как о богатом и разнообразном крае, особом мире, где человек – только гость.

Через всю книгу красной нитью проходит и тесно связывается с образом острова-заповедника мотив ответственности человека за окружающий природный космос.

Для писателя Великий – особенное место, где сказка в сознании художника рождается на каждом шагу и как бы между прочим, естественно.

Этот остров с его ограниченным пространством и календарным циклическим временем – модель мира, где возможно гармоничное существование человека и природы. Элементами этой модели мира у писателя становятся солнце, море, лес, растения, птицы, животные, человек.

Ощущение неразрывной связи с миром, поданное весьма самоиронично, является важной характеристикой не только природного космоса острова Великий, таинственно влияющего на человека, но и самого рассказчика.

Нравственное желание героя оставить след в мире, не навредив никому и ничему живому, но, напротив, сохранив богатства родной земли, лежит в основе книги и во многом определяет её просветительский пафос.

Этот сборник следует рассматривать как вторую часть дилогии об острове Великом в творчестве автора.

Первая поэтическая книга «Каша с видами на море» отразила опыт его путешествия на южный кордон Великого – Лобаниху за два года до описываемых в рассказах событий.

Объединяют эти два художественных цикла не только место действия, автобиографический образ рассказчика, который придаёт повествованию жанровую форму дневника и путевых заметок одновременно, но и поэтичность авторского восприятия, ведь автор – прежде всего детский поэт, умеющий доступно, образно, внешне безыскусно рассказать ребёнку о красоте родного и такого незнакомого большинству из нас природного мира.


## Кордон


Чтобы войти в дом, надо переступить порог. Чтобы попасть на Купчининский кордон, тоже надо преодолеть порог, только каменный. А кордон – это дом лесничего и территория, за которую он отвечает.

Обычно, когда говорят: кордон, имеют в виду именно дом. Дом стоит на границе, или иначе – на кордоне владений лесничего.

На острове Великий четыре кордона, по сторонам света. Я сейчас на северном Купчининском кордоне. А два года назад был на южном кордоне Лобаниха. Между ними восемь километров. А от западного Городецкого кордона до восточного – Величаиха – двадцать один километр. Вот так островок, ничего себе размерчики, да?

На Великом много морских и лесных птиц и зверей. Зверей крупных и мелких. Мелких так особенно много. Когда я вечером выхожу на крылечко, напротив, под старой летней кухней, собирается целая компания мышей. Сидят и смотрят! Зрители, видите ли! Не знаю, чего они смотрят? Но на всякий случай выхожу на крыльцо причесанный и аккуратно одетый.

На острове восемнадцать озёр, самое большое – Кумяжье озеро. А Кумяжье потому, что там водится рыба кумжа – очень вкусная рыба! Даже самая вкусная, почти как сёмга. Если дать вам попробовать кумжу, вы ни за что не отличите её от сёмги. Да я и сам не отличу, нечасто приходится угощаться этим дорогущим деликатесом. А до Кумяжьего озера идти далеко, да и нельзя ловить там – заповедник же!

Часть озёр, ой, да что там часть – все озёра окружены болотами. А на болоте ягода какая? Правильно, морошка и клюква. Морошку через 3-4 дня собирать уже можно, а клюква – только осенью созреет. Но до клюквы будет черника, потом брусника. Брусничником лес, как ковром, выстлан!

Если есть болота, то, конечно, есть и невысокие – до 80 метров – горы и горки.

Сказать по совести, я не знаю острова Великий. Ну, был на южном кордоне, сейчас вот на северном. Ну, по лесу ходил, в заливы и заливчики на моторке заглядывал, на мысах высаживался, но всё равно острова не знаю.

Вот если бы пройти его вдоль и поперёк, обойти вокруг по всем мысам и заливам, можно было бы говорить: я знаю Великий, я жил на Великом.

А я говорю:

– Я был на Великом.

Но всё равно я познакомился с островом. Да и словá был и быль – однокоренные. А быль – это то, что действительно произошло. И эта быль останется со мной!


## Заповедник


Сейчас я вам скажу, что это такое. Заповедник – это закрытая территория, которая охраняется. Там нельзя строить, нельзя что-то производить, нельзя костры жечь, охотиться. А что можно? Охранять птиц и зверей, особенно которые редкие.

В России 103 заповедника. Наш Кандалакшский заповедник существует с 1932 года. Его создавали, чтобы сохранить морскую птицу гагу. Не путать с гагарой! Это совсем другая птица, хоть и тоже морская.

У гаги самый тёплый в мире пух! Когда гага устраивает гнездо, она выдёргивает пух из себя и выстилает им гнездо. В нём такая же теплынь, как в доме с печкой.

Гагачий пух можно собирать тогда, когда птенцы уже из гнезда вылетят. Но его собирали в любое время, уносили яйца, уничтожали гаг. Вот потому и решили охранять и сохранять гагу.

Кстати сказать, сейчас пух уже не собирают, потому что есть искусственные утеплители для одежды, не хуже гагачьего пуха. Пух не собирают, но гагу берегут.

В заповедник входят все острова Кандалакшского залива Белого моря, Айновы острова и архипелаг Семь островов в Баренцевом море. То есть те острова, где водится гага.

А потом подумали: как-то нечестно получается, гагу охраняем, а другие птицы и звери? И стали охранять всё, что растёт и живёт в Заповеднике. И правильно решили! Есть такая Красная Книга, куда заносят ценные и вымирающие виды. Знаете, да? Сейчас вот занимаются амурским тигром.

И наших северных животных туда внесли: песцов, росомах, рысей, выдру, ласку, лемминга. Всего 272 биологических вида. Здорово, правда! Но вообще-то гордиться нельзя, что мы столько всего охраняем. Огорчаться надо: это мы так размашисто жили, что теперь нужно 272 вида беречь от вымирания.

Кстати, только на острове Великий встречается остромордая лягушка. Вы её видели? Ну да, она же только на Великом! Вот я и надеюсь её увидеть. Я даже её фотографию взял с собой, чтоб не ошибиться. Нет, надо было брать не фото, а лук со стрелами, да и запустить стрелу в сторону болота! Лягушка найдёт стрелу, а я лягушку. Как в сказке! Хотя постойте, постойте, это же мне придётся потом на ней, на лягухе этой, жениться? Нет, не хочу, я женат уже и свою жену Алёну ни на какую лягушку не променяю, пусть хоть она и будет царевной, да ещё редко встречающейся!


Берег Кандалакшского залива. Фото Б.Вахмистрова


Самец и самка гаги. Фото В. Вишневского


Кстати, только на острове Великий встречается остромордая лягушка. Вы её видели? Ну да, она же только на Великом! Вот я и надеюсь её увидеть. Я даже её фотографию взял с собой, чтоб не ошибиться. Нет, надо было брать не фото, а лук со стрелами, да и запустить стрелу в сторону болота! Лягушка найдёт стрелу, а я лягушку. Как в сказке! Хотя постойте, постойте, это же мне придётся потом на ней, на лягухе этой, жениться? Нет, не хочу, я женат уже и свою жену Алёну ни на какую лягушку не променяю, пусть хоть она и будет царевной, да ещё редко встречающейся!


## Поручение


Кроме основной работы – пожарного сторожа – руководство Заповедника поручило мне записывать всё, что я увижу в море и на суше, морских и лесных птиц и зверей. Представляете, я хоть и на время, но становлюсь научным сотрудником Заповедника!

Прибыв на остров, я испугался: птиц было так много! Как же я буду записывать и считать? Тем более, они не сидят и не ждут, пока я их сосчитаю, а постоянно летают туда-сюда, туда-сюда.

А потом оказалось, что птицы, как и люди, имеют постоянное место жительства. Даже более того: человек может переехать жить на другую улицу, в другой город, в другую страну, а птица будет жить там, где родилась. Притом у каждой своё гнездо, своя территория.


Самка гоголя. Фото В. Вишневского


Три гаги с выводками живут на пороге, кулики-сороки обосновались на косе, полярные крачки – на берегу моря, орлан-белохвост владеет островом Наумиха, восседает на самой макушке, как император на троне!

На Купчининском озере проживает кряква с детишками-утятами.

Я видел, что четыре гаги периодически вечером пролетают в сторону Бабьего моря, а утром возвращаются назад. Борисыч сказал, что у них ещё нет гнёзд, это молодые óсоби. Или осóбы! Ну, я и подумал: раз молодые, значит, на свидания летают по вечерам. Куда же ещё, на ночь глядя?

И звери на острове были одни и те же. У каждого тоже своя территория, своё место.

Всё, что видел, я записывал, фотографировал.

Когда вернусь, приведу свои записи в порядок и отдам в Заповедник и записи, и фотографии. Может, это будут последние записи, последние фотографии с острова Великий. Учёные сюда уже давно не ездят. А вдруг и Борисыч на самом деле уволится, и Сергей Шестаков, а без них я не попаду на остров.

Вот потому сейчас я и стараюсь: строчу в блокноте, щёлкаю цифровым фотоаппаратом и запоминаю, запоминаю, запоминаю.

## Дождь


Он льёт и льёт целый день, с самого утра. И нельзя сказать, что в лесу от дождя потемнело, стало серо. Наоборот, посвежело, посветлело. Растения смыли с себя пыль и усталость от жары. Листья налились соками, стебли травы распрямились, стали упругими. А те травы, у которых широкие стебли наклонились под тяжестью капель, они потом взбодрятся, распрямятся.

Интересно, а как звери чувствуют себя под дождём?

Лоси, должно быть, укрылись под густыми кронами елей. А может, наоборот, пока зелень сочная, пасутся.

А медведю дождь не помеха. Шерсть – вон какая густая! Да дело не только в шубе. Мишке всё время надо искать себе пропитание, а сейчас, пока ягоды не созрели, особенно.

Медведь разрывает муравейники, разламывает пни и языком слизывает личинки жуков, муравьёв. Это же сколько личинок надо, чтоб медведь насытился! А ещё он выкапывает корешки трав – он знает какие.

При отливе на литорали обнажаются целые луга сочно-зелёной травы астры, похожей на стебли лука. Трава и цветёт, как цветок. Под водой, а цветёт! Медведь пасётся в этой траве, как корова. Даже чавкает от удовольствия!

Я тоже попробовал травку – кисло-солёненькая. Если её мелко нарезать, смешать с помидорами и огурцами, залить майонезом – отличный морской салат получится. Полезный, с йодом!

А дождь всё сыплет…

Морские птицы, наверно, дождя вообще не замечают. Они сидят на воде, плывут по воде, в воду ныряют – что им дождь!

Но вот лесным птицам под дождём плохо. Они сидят на ветках, нахохлившись, а птицы-мамы распушили над гнёздами пёрышки, укрывают, берегут своих чад, чтоб не промокли, не простудились…

А может, и нет, может, и не боятся дождя. И звери, и птицы, и растения, и дождь – всё это природа, всё едино, всем хорошо под летним дождём. Только мне плохо! Никуда не пойти, не выйти. Сижу на крылечке под навесом. Зато всё вижу, всё слышу и обо всём рассказать могу!


Травка астра, которую любят щипать медведи

## Гадюка


Про научного работника Репову есть ещё одна история. Хотя историй о ней, как и о любом другом человеке, наверное, много. Но мне Борисыч рассказал только эти.

Так вот, о Реповой.

В одном солнечном месте Парасьиной губы есть много камней. Они хорошо прогреваются под солнцем, и на них собираются гадюки.

Гадюка – опасная змея, может укусить, но не смертельно. Хотя для человека, боящегося даже укуса комара, вот как моя жена Алёна, змея – вообще катастрофа!

Этих гадюк в губе Парасьина келья и увидела однажды Репова. В следующий свой приход Репова воткнула там шест с надписью: «Осторожно, змеи!»

Я сначала улыбнулся: для чего это? Там же никого нет. А потом другое подумал: молодец эта женщина! Идёшь, замечтался или засмотрелся на что-нибудь и забыл про гадюк. А тут табличка! Ага, надо быть осторожным или вообще обойти это место.

Вообще-то мне приходилось с ней, с гадюкой этой, встречаться. Ну, не встречаться, а увидеть её очень близко. Это на Лобанихе было.

Жена готовила во дворе на летней печке, я сидел под домом, возился с удочками. А на сосне вовсю трещала сорока. Крики её я воспринимал краешком сознания, так как был увлечён мыслями о рыбалке.

Вдруг слышу, жена кричит:

– Иди сюда скорее!

Я бросился к ней, смотрю – метрах в пяти от неё под сосной в невысокой жиденькой травке, на солнышке лежит змея. Она была не желтовато-коричневого цвета, а чёрного. Здесь они такие.

Гадюка свернулась спиралью. Услышав или почувствовав топот, гадюка подняла голову. Я замер, потом развернулся и помчался за фотиком.

Когда я прибежал, увидел лишь её хвост, исчезающий в траве.

А вот если б у нас стояла такая табличка, как Репова ставила, я бы всё время помнил про змей, ходил с фотоаппаратом и заснял бы гадюку с расстояния один метр.

А если б я был более внимательным, то понял бы, что сорока назойливо кричала не просто так, на её сорочьем языке это как раз и означало: «Осторожно, змея!»


Гадюка. Фото М. Кожина

## Император


Он восседает на троне и время от времени покидает его, чтобы обозреть свои владения.

Император – это орлан-белохвост. Трон у него – безлесый, каменистый и высокий остров Наумиха.

Но остров для орлана действительно трон, пост наблюдения. Отсюда далеко видно. А гнездо в лесу, на дереве. Гнездо… Да в этом гнезде мы с вами поместимся: полтора метра в диаметре и метр в высоту!

В гнезде два птенца. Что интересно, птенцы никогда не ссорятся и не дерутся за пищу. Дружно живут. А знаете почему? Потому что берут пример с папы и мамы. Орёл с орлицей мирно живут до самой смерти. И не могут друг без друга. Хищники, а как трогательно, правда? Как журавли.

Об орлане вообще нужно книжку писать. Вот смотрите, о журавлях написано? Написано. И о лебедях – тоже. И о голубях, соловьях, даже о воробьях! Да воробья на каждом шагу в городе можно увидеть.

А об орлане-белохвосте есть книга? То-то же! Потому что он редко встречается. Я орлана видел дважды всего. И оба раза на Великом.

Если я скажу вам, что орлан похож на беркута – вам без разницы. Вы и беркута, наверно, не видели. Потому пусть орлан остаётся похож на самого себя. Ну а белохвост понятно почему… Это само собой…

Орлан сидит на троне, наблюдает обстановку вокруг. Он далеко видит. Глаза у него с оптическим прицелом. Он же хищник, охотник.

А потом орлан поднимается вверх и беззвучно парит на расправленных двухметровых крыльях.

Увидит рыбу у поверхности воды – прощай, рыба! Да он может и нырнуть за ней.

Увидит грызуна какого – прощай, лемминг!

Увидит птенца в гнезде – прощай, птенчик!

Может за птицей водоплавающей охотиться. Кружит над ней, заставляет её нырять, а когда та выдохнется – обед у орлана есть!

Даже на крупных птиц нападает – на гусей, на лебедей. А если не может с такой добычей взлететь, тащит её по воде к берегу. Умён!

Вы, конечно, плохо подумали об орлане. Подумали, пират, разбойник, гуси-лебеди для него добыча…

В природе часто так бывает, но сбалансировано, уравновешено количество и тех, и тех. И меньше не становится. Ну, если человек не вмешивается. А мы вмешиваемся. Потому хищник орлан-белохвост занесён в Красную Книгу.


Орлан-белохвост. Фото И. Харитоновой

## Аккуратный медведь


Как вам понравится при 28-градусной жаре в застёгнутой куртке, в плотных штанах, в шляпе-москитке, в резиновых сапогах по болоту ходить? А без всего этого можно сразу под кустом ложиться и руки на груди складывать – мошкара всё равно заест, все соки высосет.

В лесу более жарко, чем на открытой местности, а на болоте от влажности – ещё хуже…

Мы с Борисычем морошку собираем. Он хочет из неё на зиму наварить витаминных компотов.

Морошка была почти спелая, ещё 2-3 дня, и её мягкую, переспевшую собирать будет плохо.

Периодически мне попадались стебельки морошки с хвостиками от остатков ягод.

– Это мишка высосал. Он тут раньше нас побывал, выбрал ягоды поспелее, – объяснил Борисыч.

Медведя я не боялся, мы были вдвоём, громко разговаривали, медведь наверняка слышит, и нормальный медведь на контакт с нами не пойдёт.

А в том, что он был нормальный, я не сомневался. Он не только умел высасывать спелые ягоды, мне стали попадаться одни чашелистики на стебельках, без ягод. Как он умудряется так аккуратно ягоды выбирать? У меня и то не получается.

Спросил Борисыча. Борисыч посмотрел на меня, ухмыльнулся, потом взял очередную морошину указательным и средним пальцами снизу, ногтем большого пальца ковырнул сверху – и чистая ягода оказалась у него в ладони, а чашелистик остался на стебле. Всего делов-то. Раз и два!

Надо же! Оказывается, я по следам Борисыча ходил. А я думал, это медведь так ловко ягоды выбирает.

Борисыч ещё раз показал мне: раз и два! Но как я ни старался, ягоды у меня отрывались с чашелистиками, иногда со стебельками.

За три часа на двух болотцах мы вдвоём собрали литров пять. Это была мýка!

Дома Борисыч сказал:

– Хорошо, что мы сходили на эти болотца. Теперь на дальнее не пойдём. Эта морошка – медведям на смех!

В ведёрке Борисыча ягоды были крупные, чистые. В моём – с мусором. Я ещё часа два перебирал её и окончательно понял, что морошку я не люблю.

И компот из неё – тоже!


Морошка

## Вокруг Великого


Вокруг острова Великий море мелкое. Хотя как посмотреть. Для меня 10 метров – очень глубоко, а для моря 10 метров – глубина детская, или женская, вон, как в Бабьем море.

Когда идёшь вокруг Великого, заранее можно сказать, где глубоко, где мелко. У скальных берегов – глубже, а если берег равнинный или, более того, низменный, болотистый, то и море здесь мелкое.

Бывают даже такие места, что во время отлива не пройдёшь по литорали – засосёт. Вон, как в некоторых местах губы Парасьина келья. Зато здесь хорошо видны следы журавля на подсыхающем при отливе иле. Лягух, наверно, искал журавель вдоль берега.


И есть, конечно, места глубокие, такие, как Великая салма. Великая салма – значит, Великий пролив. Ну, правильно! Вдоль острова Великий и пролив должен быть Великий! Ширина его от острова Великий до берегов Карелии около четырёх километров, а глубина – до ста метров!

Раньше тут большие пароходы появлялись, таскали баржи на буксирах, плоты. Тут леса много было, его валили, сбивали в плоты и по лесопилкам развозили.

Во время штормов плоты разваливало, и брёвна долго море носило – туда, сюда.

Их и здесь на дне достаточно. Почему на дне, дерево же не тонет? Правильно, не тонет. Но если дерево долго плавает, постепенно пропитывается морскими солями, то тяжелеет и утопает: сначала нижняя часть бревна – комель, а верхняя часть плавает, хорошо, если над водой. А если верхушка под самой поверхностью воды, то на такой топляк налетишь лодкой – сам топляком станешь.

Мы с Борисычем дважды видели такие плавающие макушки брёвен.

Два года назад, на Лобанихе – она как раз на Великой салме – видел, как по ней ходили небольшие кораблики московской биостанции, видел карельские рыбацкие сейнеры. Утром они выплывали справа из-за мыса, а вечером возвращались назад. А по палубе ходили рыбаки в оранжевых робах. Я махал им с берега руками, но они меня не видели. Надо было не камуфляжный костюм надевать, а что-нибудь яркое…

Когда идёшь вдоль берегов Великого, то вначале всё вокруг: и море, и лесистые берега, и губы-заливы кажутся одинаковыми, но это вначале. Если же вы словами опишете мне какой-нибудь мыс, какой-нибудь залив, я вам скажу, как он называется. А если и ошибусь – не страшно. Всё равно это будет остров Великий. Нет, вот так: Великий остров!


## Следы


Я шёл по мокрому песку во время отлива, и за мной тянулись чётко отпечатанные следы.

Смотрю на них и думаю: что сейчас получилось?

Я оставил след или наследил на песке? Это же совершенно разные вещи: оставить след и наследить.

Сделали вы какое-то доброе дело, например, пожилой соседке купили молока. Соседка вам благодарна, в её воспоминаниях у неё о вас добрый след

Или другое – пнули дворняжку. Она, конечно, никому ничего не скажет, но будет обходить вас, и, если чужой придёт во двор, она не защитит вас.

А бывает и то и другое сразу. Вот как с той же соседкой. Принесли ей молоко и поставили на стол в кухне, пройдя туда в грязной уличной обуви. Или вот как у меня сейчас. После меня на песке след остался. Любой скажет: вот прошёл босой человек. А опытный следопыт может определить мой вес по глубине отпечатков, мой рост и возраст по ширине шагов, ещё что-то. То есть я оставил след после себя.

С другой стороны, песок был совершенно чистый, нетронутый, а я на нём наследил. Но в моём случае это не страшно: приливом смоет мои следы, и песок будет таким, как был: нет следов, и нет меня.

А я хочу, чтоб я был! Остался! Но чтоб хорошо остался.

Когда мы с женой Алёной два года назад жили на кордоне Лобаниха, привели в порядок кордон – всё же кто-то посторонний высаживался тут, – убрали весь мусор, выложили дорожки камнями, я печь подремонтировал.

А когда уезжали, оставили после себя две коряги – я в лесу их нашёл. Каждая как человек с поднятой рукой. Притом одна похожа на мужчину, а вторая – на женщину. Нет, не на мою жену Алёну, а вообще на женщину.


Мы их очистили от коры, отшлифовали, вставили в расщелины на скальном берегу, укрепили камнями. Когда лодка отходила от берега, деревянные фигуры долго махали нам вслед. А тех, кто придёт на Лобаниху, они встречать издали будут.

Через два года я видел в Инете: кто-то побывал на Лобанихе и выложил фото и наших дорожек, и наших деревянных фигур. Здорово, правда! Нас нет, а след остался.

Вот и на Купчининском кордоне хочу след оставить. Правда, на подворье дорожки досками выстелены, но подходящую корягу в лесу найти можно! Время ещё есть.


Скульптуры автора на кордоне Чёрный мыс: Пегас и Ящер


Скульптуры автора на кордонах Чёрный мыс (Странник) и Купчининский


## На острове


Если рассказывать, чем занимаются учёные нашего Заповедника, мне понадобится много времени, чтоб всё записать, а вам – много времени, чтоб всё прочитать. Да вы и не будете читать, потому что научная работа – медленное, скрупулёзное и даже нудное дело.

Изучают учёные всю флору и фауну, то есть всё животное и растительное. Всё-всё! Начиная от каких-то невидимых водорослевых клеток, от какой-то букашки до кита-белухи и лося-великана.

Но я и не собирался об этом рассказывать, потому и не поехал на Ряжков остров. Ряжков – это базовый научный центр Заповедника. Там и сейчас много учёных, студентов, юннатов. Там жизнь кипит!

А мне хотелось, чтоб только я и природа. Вот как здесь на Великом. Здесь я могу посмотреть, как крохáль сидит на гнезде, в двадцати метрах от дома. Могу посмотреть, но не буду, чтоб не спугнуть его. Мне достаточно того, что я знаю об этом.

Могу посмотреть, как утром пролетают журавли над порогом, как высоко в небе парит орлан-белохвост.

Могу посмотреть, как выходит к морю лосиха с лосёнком – здесь, на берегу ветерком сдувает мошкару, донимающую в лесу. А утром вижу, как мишка ходит по литорали на материке за порогом, ищет, чем поживиться.

Куница, рысь, росомаха очень осторожны, их трудно увидеть. Но вот успел заметить, как от дерева к дереву промелькнул горностай.

Когда я иду по лесу, я их не вижу – рысь, росомаху, – но чувствую их присутствие.

Когда спускаюсь с крылечка на тропинку, уступаю дорогу мыше или мышý. А как же! Они хозяева здесь. Это их остров.

Мне очень интересна жизнь обитателей острова, да и весь остров. Тут и леса, и болота, и скалы, и песчаные пляжи, озёра, ручьи, родники.

Хорошо бы сверху, с вертолёта, на всё на это посмотреть. Нет, нельзя! Вертолёт своим грохотом распугает всех. Лучше бы с высоты полёта орлана. Был бы я орланом!

Хотя нет, не хочу. Это же он не просто так в небе парит, это он высматривает себе добычу на земле или рыбу в море. А я не хочу в ледяную воду!

За время моего проживания на Великом я не причинил вреда заповедному острову. Уезжая, не оставил после себя ни золы, ни зла. Это я точно знаю. А иначе бы море не было таким спокойным и тихим всё время, пока моторка несла меня домой!


## Об авторе

Олег Семёнович Бундур родился в 1947 г. в г. Макеевка.

В 1971 г. окончил Ленинградский мединститут. С 1972-го по 1981-й год служил в спецвойсках МВД (Ленинград). После демобилизации поселился в г. Кандалакша, где проживает в настоящее время.

Литературный стаж (если считать с первой официальной публикации в 1965 г.) составляет 55 лет.

Олег Семёнович – профессиональный детский поэт, автор многочисленных весёлых и серьёзных стихов, один из самых печатаемых писателей Заполярья.

В советское время у автора вышло несколько книжек со стихами для детей. Публиковался практически во всех детских журналах и газетах, даже в журнале «Крокодил».

С начала 2000-х гг. активно публикуется в журналах «Весёлые картинки», «Кукумбер», «Лампада» (РПЦ, Москва), «Чиж и Ёж» (СПб), «Познайка» (Киев), «Фонтан» (Одесса), электронном журнале для профессиональных писателей «Пампасы».

Всего за время литературного творчества у писателя в центральных и региональных издательствах (Мурманское книжное издательство, «Детская литература», «Малыш», «Детгиз»,«Априори», «Росмен» и др.) вышло 60 книг со стихами и прозой для детей младшего возраста и подростков, а также для взрослых.

Стихи Олега Бундура очень просты, но пропитаны чувством добра и согласия в доме. Даже названия его книг говорят о том же: «Папу с мамой берегу», «Если в доме каждый рад», «Папамамая», «Книжка про нас» и т. д. Его стихотворения включены в буквари, выпущенные издательствами «Мнемозина» (2012 г.) и «Бином» (2018 г.).

На стихи поэта написаны песни и сняты мультфильмы, он лауреат и дипломант многих литературных конкурсов: им. А. Н. Толстого (2009, 2010), им. П. П. Ершова (2010), «Новая детская книга» (2014), «Златая цепь» (2015).

Олег Бундур – обладатель престижных литературных премий: С. Маршака (2014, номинация «Поэзия для детей») и К. Чуковского (2016, номинация «За плодотворную деятельность, стимулирующую интерес детей к чтению»), что позволяет включить его в число классиков детской литературы.

В 2019 году стал призёром (2 место) литературного конкурса произведений о природе им. А. Пискунова «Сохраним Красоту» в номинации «Художественные произведения для детей» за цикл рассказов «Заповедный кордон».

Сайт писателя: http://bundur.ru

## Выходные данные


Бундур О. С. Заповедный кордон – Верхний Тагил: Уральское Провинциальное Издательство (ИП Чумаков С. В.), 2020

UUID: 49c91ea8-5d4e-49fc-ae0d-2449b3f7ad96

Знак информационной продукции 6+


Авторы фотографий:

Браерский В., Быков Ю. А., Вахмистров Б., Вишневский В., Вощиков В. Б., Кожин М. Н., Покотилов В. Г., Харитонова И. А.

Рецензент: Давыдова А. В., доктор филологических наук, доцент кафедры филологии Архангельской поморской академии.

Редакторы: Капленко В. Н., Чумаков С. В.

Подготовка электронного издания: С. Чумаков

## Уведомление об авторских правах


Все права защищены. Никакая часть электронного экземпляра этой книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме и какими бы то ни было средствами, включая размещение в сети Интернет и в корпоративных сетях, для частного и публичного использования без письменного разрешения владельца авторских прав.


© Бундур О. С., текст, иллюстрации, 2020

© Браерский В., Быков Ю. А., Вахмистров Б. и др., фотографии, 2020

© Составление, оформление. ИП Чумаков С. В., 2020

© Электронное издание. ИП Чумаков С. В., 2020

## О литературном конкурсе произведений о природе «Сохраним Красоту»

Литературный конкурс произведений о природе «Сохраним Красоту» посвящается уральскому природозащитнику, сотруднику Висимского заповедника, писателю-натуралисту Александру Николаевичу Пискунову (1927-2009). Организаторы конкурса – ФГБУ «Висимский государственный природный биосферный заповедник» и Уральское Провинциальное Издательство.


Конкурс проводится в целях:

– стимулирования литературного творчества писателей-натуралистов, краеведов и экологов;

– популяризации произведений о природе, природоохранной и экологической тематики;

– развития интереса к изучению животного и растительного мира особо охраняемых природных территорий Урала и сохранению его природного богатства;

– содействия экологическому воспитанию и образованию, пропаганде бережного отношения к окружающему миру.

Задачами конкурса являются повышение общественного интереса к современной литературе о природе; выявление и поддержка авторов, пишущих об уральской природе; поиск произведений для издания книг.

В состав жюри входят экологи, представители писательского сообщества, литературоведы.

С подробной информацией о конкурсе можно ознакомиться на сайте Уральского Провинциального Издательства: http://uralizdat.ru/index/0-8

## Книги о природе


Одним из направлений деятельности Уральского Провинциального Издательства является выпуск книг о природе, часть печатного тиража которых распространяется в рамках благотворительного издательского проекта «Сохраним Красоту».

Издательством выпущены следующие книги писателей-натуралистов:


Александр Пискунов. В глуши таёжной. Печатная и электронная версии.

Книга содержит произведения известного уральского натуралиста и природозащитника о животном и растительном мире Висимского природного биосферного заповедника.

Издание богато иллюстрировано фотографиями из архивов автора, Висимского заповедника, уральских краеведов и натуралистов.

Подробнее об издании: http://uralizdat.ru/dir/4-1-0-48


Александр Пискунов. Где рождаются облака. Печатная и электронная версии.

Книга содержит произведения известного уральского натуралиста и природозащитника о животном и растительном мире Урала, России, Туркмении.

Издание иллюстрировано фотографиями из архивов автора, сотрудников Висимского заповедника и заповедника «Денежкин Камень», зоологов, уральских краеведов и натуралистов.

Подробнее об издании: http://uralizdat.ru/dir/4-1-0-49


Владимир Назаров. Песнь и плач Матери-Земли. Электронное издание в 2-х книгах.

В книги журналиста и фотографа-натуралиста вошли очерки и статьи о природе Среднего Урала и Ханты-Мансийского Автономного Округа (ХМАО-ЮГРА), созданные им за 50 лет литературного творчества.

В своих произведениях он воспевает «мудрость» и красоту Природы и, в то же время, показывает её хрупкость и уязвимость. Автор слышит её стон, её плач от неграмотного, потребительского и грубого обращения с ней и призывает бережно относиться к окружающему нас миру.

Книги богато иллюстрированы фотографиями автора.

Подробнее об издании: http://uralizdat.ru/dir/12-1-0-130


## Об издательстве


Уральское Провинциальное Издательство (Урализдат) осуществляет подготовку и издание печатных и электронных (E-book) книг.

Основная тематика изданий - история и краеведение Урала, проза и поэзия уральских писателей.

Подробно с деятельностью и книгами издательства можно познакомится на сайте Урализдат.

Приглашаем на Facebook, Youtube и Calaméo

Нашу продукцию можно приобрести на сайте издательства, на странице Facebook и в магазине электронных книг.